Александр Ревзин о "Новой волне 2008"

— Господин Ревзин, расскажите о том, что ждет всех нас в дни «Новой волны», с 23 по 28 июля? — Ну что будет происходить? У меня будет тяжелая работа, у вас будет замечательное настроение, я на это очень рассчитываю. А если серьезно, мы в этом году немного изменили формат. У нас были день открытия и день закрытия, они сохраняются. У нас единственный конкурс, где разогревают публику суперзвезды, а потом уже выходят молодые исполнители. Мы это придумали давно, и это также про традиции произойдет в этом году. Дальше у нас были мальчишники и девичники, но мы решили в этом году делить не на мальчиков и девочек, а по музыкальному формату. Один день у нас будет в стиле «латино». Музкальным продюсером этого дня мы попросили быть Леонида Агутина, и он блестяще со своей работой справился. Вы увидите наших звезд, которые согласились участвовать в этом концерте, раскрывающимися с совершенно новой стороны. — Будут специальные песни и специальные костюмы? Да, конечно. Кроме того, у нас будет день в стиле «диско». — А за него кто отвечает? — За него, как и все остальное, отвечаем мы... — То есть Вы? — (смеется) Ну, не только я, потому что в этом принимает конечно большое участие и Игорь Крутой, и Раймонд, и вся наша команда. И потом еще будет традиционный день жюри, но традиционен он будет только по форме, а по содержанию мы будем заниматься музыкой в стиле «босса-нова». Кроме того, у нас будет творческий вечер Игоря Николаева, в котором примет участие какое-то рекордное количество исполнителей. И это будет также очень интересно, потому что Игорь к этому мероприятию очень серьезно отнесся. Он должен был лететь в Майями, два раза менял билет, а потом вообще его порвал, потому что нужно было готовить очень большое количество музыкального материала. — Думаю, зрители, которые будут находиться в концернтом зале «Дзинтари», смогут увидеть эти обрывки билета в виде конфетти? — Уже нет, он потом их съел. (смеется) Вот я вам и рассказал о шести конкурсных днях, и о том, что там будет происходить. Могу для сравнения сказать: когда мы начинали конкурс «Новая волна», мы подготовили примерно шесть фонограмм, которые там использовались. В этом году их получилось около семидесяти. — То есть их количество увеличилось в 11—12 раз? — Да, за семь лет. А количество людей, которые это делают, как вы понимаете, не увеличилось. Но мы серьезно относимся к этой работе и надеемся, что получим отклик. — Кто из суперзвезд ожидается в рамках фестиваля? — Знаете, если я буду всех перечислять, да еще с краткими биографиями, которые я также знаю, мы эфир закончим только завтра. В целом нам показалось, что опыт прошлого года был интересен в плане привлечения классических исполнителей. Если в прошлом году был Дмитрий Хворостовский, то в этом году мы приглашаем Елену Васильевну Образцову. После этого будет маленький сюрприз, о котором я сейчас рассказывать не буду, также с ее участием. Думаю, такое будет впервые в мировой практике. И в закрытии нашего конкурса будет участвовать семья Кабалье — Монсеррат и ее дочь. — И Басков? — Ну куда же без него! Это и есть их семья. Говорим «Ленин», подразумеваем «партия». (смеется) Также выступит исполнитель, замечательный виртуоз, певец Ал Джеро, в дуэте с Ларисой Долиной. Они недавно записали совместный альбом, который на данный момент, на мой взгляд, является верхом творчества Ларисы Долиной, совершенно блестящий альбом. Кроме того, будет представленна группа Bee Gees в лице Робина Гибба. Дуэт, который они записали с Валерией, сейчас держится на первых местах в чартах Британии. И конечно будет много наших звезд, в том числе тех, кто впервые участвует в нашем музыкальном фестивале. — Несколько вопросов от Интернет-пользователей. Например, многих волнует вопрос о фонограммах. Что скажете? — Мы используем минусовые фонограммы, и вот в какой связи. «Дзинтари» — гениальное место для проведения концерта, но этот зал построен столько лет назад, что уже не отвечает техническим требованиям современной музыкальной индустрии. Мы бы с удовольствием использовали живое звучание, в том числе оркестров, и в этом году у нас будет много живой музыки, но мы будем использовать так называемые музыкальные «подкладки», потому что не всегда можем сбалансировать звучание для всех так, как это нужно. Под «всеми» я подразумеваю как зрителей в зале, так и телезрителей. Потому что телесигнал у нас до сих пор, как это ни удивительно, в основном «моно». И так как мы рассчитываем, что нас будут смотреть около ста миллионов человек, приходится подстраиваться. Так что фонограммы используются не потому, что мы не умеем или не хотим работать с живым звуком. И претензии на тему «а 30 лет назад передавали живой звук» уже неактуальны — тогда и требования к качеству этого звука были другие. А если в Америке на церемониях «Оскар» или «Грэмми» музыкальные коллективы выступают вживую, так это потому, что на их телевидении уже двадцать пять лет как введена система стереозвука. У нас же все равно все, что происходит — все по честному. — Еще один Интернет-комментатор возмущается, что во время проведения «Новой волны» на улице Йомас и в Юрмале вообще страшно взлетают цены. И это правда. — Мы об этом знаем, нас это так же возмущает. Мы и на себе это чувствуем. Если в первые годы мы за номер в гостинице платили, допустим, 50 латов, то теперь с нас берут 300! Мы просто в шоке. Выходит, что сами себе цены и накрутили. Я понимаю — сезон, курорт, и за два месяца нужно заработать то, что не заработали за остальные десять, но почему настолько это проявляется? Меня это возмущает в первую очередь. — Еще вопрос — что бы Вы хотели режиссировать, если бы Вам дали свободу от этого попсового конкурса? — Понимаете, я не знаю, какой дурак назвал этот жанр легким! Я задавшего этот вопрос приглашаю к себе на репетиции, пусть посмотрит, как это все происходит. А что бы я хотел поставить? Я мечтаю когда-нибудь поставить большую оперу в настоящем большом театре. Не обязательно в России. Я знаю, что в Латвии сейчас собрана замечательная оперная труппа, и что ее директор — человек очень инициативный, умный и талантливый, что вы часто приглашаете к себе в оперу лучших солистов мира. И когда мне надоест то, о чем говорил этот пользователь, ведь я уже достаточно много сделал и в спорте, и в песенном жанре, а вот в классической музыке еще себя не пробовал, то я хочу именно этим заняться. — Есть ли яркие молодые музыканты сегодня в России? Как говорили спортивные журналисты до серии побед своих спортсменов: «Есть ли у нас в России молодые спортсмены?». — Да, как мы видели, она и та же команда, практически в идентичном составе, может играть в совсем разный футбол. Многое конечно зависит от тренера, и в этом смысле он то же, что директор завода или режиссер-постановщик — это все одна и та же профессия, которая на 50 процентов зависит от творчества, и еще на 50 — от организации этого творчества. Но его работа — это половина, вторая половина — за исполнителем. Понимаете, произошла такая и понятная, и в то же время сложная вещь. Была огромная страна — Советский Союз, где жило 260 миллионов человек, и еще 30 миллионов за ее пределами, и все они говорили на русском языке. Сегодня количество людей, говорящих на русском языке, примерно такое же, плюс-минус 10 процентов. И когда маятник русской культуры отошел от провинции и остановился в центре, в чем-то провинция оскудела. В старшем поколении исполнителей, примерно от 55 до 70 лет, количество звезд исчислялось десятками. Было 20 женщин-звезд, 20 мужчин, и еще 10 групп. А если посмотреть на двадцать лет позднее, то мы приходим к тому, что люди 35—45 лет — их очень мало, 4—5 мужчин, и столько же женщин. А 20-летних и вообще один-два человека. Это все можно объяснить тем, что оскудевает культура, нет необходимых для нее диффузионных процессов. Раньше каждая республика Союза имела свою суперзвезду, а сегодня мы опираемся только на то, что есть у нас самих, и этого очевидно мало. — Еще вопрос в стабильности появления звезд... — Да, раньше раз в год появлялся кто-то новый, был для этого механизм, масса организаций, которые выдвигали этих людей, помогали раскрываться этим личностям. Я думаю, что «Новая волна» — это одна из таких «форточек», пусть и не «окон», и «дверей», через которую можно познакомиться с талантливым человеком. Но Вы же понимаете, что возможности «Новой волны» — это мизер по сравнению с тем, сколько нужно работы, чтобы молодой исполнитель стал заметен на информационном поле. — Но есть же «Фабрики звезд», штук семь их уже прошло! — Это конечно замечательно, и я с уважением отношусь к людям, которые делают эту сложную работу, но и этого недостаточно для того, чтобы ребята-участники стали настоящими звездами. Сегодня не существует механизма создания «звезд», потому что нет ресурса для этого. Аудитория «расслоилась», есть Интернет, центральное телевидение, кабельное телевидение... — Но разве это не значит, что возможностей больше? — Знаете, из моих знакомых телевизор люди в основном смотрят в двух случаях — новости и футбол. Все остальное телевидение никому неинтересно, никто его не смотрит, оно теперь совсем другого качества. — А «Новую волну» ваши знакомые разве не смотрят? — Ну как знакомые... папа, мама. (смеется) «Новая волна» это все-таки отдельный разговор, это праздник. И как я уже говорил, мы надеемся в этом году на сто миллионов телезрителей. Поэтому мы бьемся за каждую минуту эфира, даже каждую секунду. У нас эфирный тайминг расписан посекундно, и я каждую секунду должен удивлять чем-нибудь. Вообще конечно это странно, потому что «хочешь рассмешить Бога, расскажи ему о своих планах на завтра». Но мы надеемся, что все получится. На бумаге пока получается очень хорошо. (смеется) Беседовал Константин Козаков Опубликовано на MIXNews